Словом не вора бей: к чему приведет законопроект о запрете журналистских расследований

В истории с сыплющимися на нас как из рога изобилия всевозможными запретами есть весьма тревожная тенденция.

Какие-то ограничения понятны, логичны и оправданны в нынешних условиях. Но увы, не перегибать палку не получается. В погоне за хайпом или из каких-то личных (если не сказать корыстных) соображений, что называется, под шумок, отдельные деятели пропихивают запреты совершенно непонятные, нелогичные и неоправданные.

В Госдуму внесли очередной такой запретительный законопроект. Естественно, под соусом укрепления законности и соблюдения конституции. На канцелярском языке инициатива звучит скучно и несколько туманно: об ограничении распространения в СМИ обвинительной информации до вступления судебного решения в силу.

Но за этой блеклой формулировкой скрывается весьма мрачная вещь. В случае принятия закона СМИ будет запрещено публиковать сообщения, которые «создают у аудитории впечатление о виновности конкретного человека или компании». Причем информация будет считаться обвинительной даже при использовании формулировок «предположительно», «по мнению», «возможно», «со слов», «источники сообщают», если сообщение воспринимается как обвинение.

И еще один момент. СМИ в данном случае подразумеваются не только классические. Сюда же отнесены и блогеры, и даже те, кто пишет комментарии под постами в соцсетях.

На практике это может выглядеть так. Например, будет написано: «Человек, похожий на бывшего заместителя министра, задержан сотрудниками ФСБ». И все. Продолжение истории – через год-два, после приговора суда. Да и репортажи из суда тоже публиковать не получится. Или, например, о террористах, устроивших теракт в «Крокусе», до вступления в силу решения суда нельзя будет писать вообще, чтобы «не создавать впечатления об их виновности».

Вот так, граждане, видите, правоохранительные органы всех, кого надо, поймали, все под контролем. А кого поймали и что там за подробности, положим, очередного воровства из бюджета – вам знать не нужно, а то разволнуетесь, давление подскочит.

За нарушение предусмотрены штрафы: до 300 тысяч рублей – для физлиц и до 2 миллионов – для редакций.

Авторы этого удивительного законопроекта ссылаются на 49-ю статью Конституции РФ, согласно которой обвиняемый считается невиновным до вступления приговора суда в законную силу. Но дело в том, что об этом прекрасно и сейчас осведомлены журналисты. И преступником до приговора суда никого не называют.

Кроме того, существует статья об ответственности за клевету. И она прекрасно работает – судебная практика тому подтверждение.

Но дело ведь не только в «подробностях» громких дел. Законопроект на корню убивает и журналистские расследования, а вместе с ними – правозащитную деятельность. Попробуй напиши о беспределе чиновника, который, положим, раздает кому ни попадя жилищные сертификаты или, предположим, мутит что-то с коммерсантами, желающими построить торговый центр на детской площадке.

Конечно, чиновников понять можно: им такой законопроект как бальзам на душу. Никто в их дела не лезет, а даже если и попался, то позора не будет – к моменту приговора уже и забудут все, в чем дело. И отчетность, слайды и презентации никто не испортит своими публикациями.

Информационный фон в стране будет благостнее некуда. Все хорошо, стабильно, надои и урожаи растут, нет негодяев в кабинетах из кожи.

Наверное, не стоит даже объяснять, насколько это опасно и для общества, и для государства. Люди же видят, понимают, чувствуют разрыв между реальностью «за окном» и тем, что они читают в статьях и видят в телепередачах.

И, что удивительно, не скажешь: «Мы это уже проходили, смотрите, к чему это привело». Даже в СССР, пусть и с оговорками, но существовали журналистские расследования. И пресса вполне могла клеймить воров и взяточников.

Критика и возможность «предполагать» – то есть те самые расследования – для здоровья общества необходимы.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.