Камень за пазухой: как мемориал на Лубянке превратился в место политических акций

Депутат Госдумы Андрей Луговой предложил убрать Соловецкий камень с Лубянской площади. Поскольку это не мемориал, а «точка входа для чужой политтехнологии». Кажется, на первый взгляд, странно. Как наши репрессированные люди и память о них связаны с чужой политтехнологией?

На самом деле Луговой не первый, кто выступил с этим предложением. Первым был скорее глава СПЧ при президенте России Валерий Фадеев. И это тоже удивительно: как это вдруг правозащитники – и против памяти о репрессиях?

Я был на той встрече журналистов с Фадеевым, где прозвучало его предложение убрать Соловецкий камень. Так вот: ни СПЧ тогда, ни Луговой сейчас вовсе не против памяти о репрессиях.

Фадеев привел на встрече пример, как в День памяти жертв политических репрессий вместе с директором Музея ГУЛАГа возлагал цветы к мемориалу на углу Садового кольца и проспекта Сахарова: «У мемориала не было никого, кроме нас».

А на Лубянской площади было несколько десятков человек, которые возлагали цветы к Соловецкому камню.

И вот парадокс. Правозащитные организации, в том числе «Мемориал»*, сами просили у властей создать в Москве памятник репрессированным. Им было предложено несколько мест на выбор, они выбрали проспект Сахарова, одобрили конкретное место.

Мемориал жертвам политических репрессий «Стена скорби» был открыт там в 2017 году при участии президента России Владимира Путина и патриарха Кирилла.

И все. Открыли «правозащитники» мемориал и забыли. Не то. Раз государство, по выражению того же Фадеева, уже «проявило антисталинистскую позицию», то хайпа, извините, нет. Редко кто цветы приносит.

Потому что им не память репрессированных чтить хочется, а проводить политические акции. А Соловецкий камень – он же под окнами Лубянки. И вот здесь-то приносящие сюда цветы делают это только ради того, чтобы сказать: «Мы против вас».

Против кого, если вместе с «правозащитниками» сюда приходят дипломаты недружественных, мягко говоря, государств?

Все те комья грязи, которые самозабвенно начали швырять, начиная с перестройки, в нашу историю все эти «диссиденты» и прочие «жертвы режима», залепили народу глаза. И это была целенаправленная политика Запада: внушить нам, что Россия – тюрьма народов, а мы рабы, которые должны вечно платить и каяться.

Но нас умыли косые ливни и веселые грозы Русской весны. И сейчас идет оздоровление через чистилище СВО.

Мы стали лучше видеть всю нашу историю в ее непрерывности и единстве – кромешный мрак и ослепительный свет, все ее величие. Одним из символов этого стали три флага, реющие теперь над Санкт-Петербургом: имперский, советский и российский.

А главный плакальщик по «жертвам режима», тот самый иноагентский «Мемориал», недавно записал в «узники совести» членов признанного в России террористической организацией нацистского батальона «Азов». Конченых мразей, пытавших до смерти пленных и расстреливавших мирных людей.

Какие еще нужны доказательства, на чьей стороне эти «правозащитники»?

Какое еще нужно объяснение, зачем проводятся политические акции на Лубянке вместо реального почитания памяти жертв репрессий?

Какая еще нужна аргументация того, что Соловецкий камень – «точка входа чужой политтехнологии»?

И «Железного Феликса», кстати, нужно вернуть на площадь Дзержинского – как символ того, что страна возвращается на путь суверенитета.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

*Организация признана в России иностранным агентом и ликвидирована по решению суда.