Бред-менеджеры: зачем в Эстонии снова набросились на церковь Московского патриархата

В недавно опубликованном ежегоднике Департамента полиции и погранохраны за 2026 год Эстонская православная христианская церковь, входящая в состав РПЦ, бывшая Э, была помещена в раздел организаций, «представляющих угрозу для конституционного строя страны».

«Кремль, облаченный в клерикальные одежды, попирает свободу вероисповедания», – тут же подхватили мысль эстонских силовиков местные СМИ.

ЭПХЦ выступила с официальным заявлением, в котором охарактеризовала происходящее как попытки давления служб безопасности на суд.

Напомню контекст: государственный суд страны до конца июня должен вынести решение по делу № 5-25-49 – возможно, самому резонансному конституционному спору в истории страны. На кону – существование Эстонской христианской православной церкви (бывшая ЭПЦ МП), объединяющей около 170 приходов и десятки тысяч прихожан.

Законопроект уже разделил не только общество, но и власти.

Правительство Эстонии настаивает: закон правильный, он защищает безопасность государства, но не запрещает православие как таковое. «Мы не закрываем церкви – мы разрываем институциональную связь с Москвой», – сформулировал суть подхода министр внутренних дел Лаури Ляэнеметс.

Президент Карис придерживается иной логики: концепция «угрозы» в законе слишком уж размыта, а действующего законодательства достаточно для защиты национальной безопасности и без посягательства на религиозные права.

На этом фоне руководство ЭПХЦ скромно напомнило силовикам и журналистам о презумпции невиновности:

«Принятые в Рийгикогу поправки к Закону о церквях и приходах не были подписаны президентом республики и в настоящее время переданы на рассмотрение Государственного суда для проверки их соответствия Конституции Эстонии. В этой ситуации включение Церкви в раздел, связанный с угрозами конституционному порядку, до завершения судебного разбирательства представляется нам преждевременным и преследующим цель оказать давление на восприятие общественным мнением пока не урегулированного правового вопроса».

Антироссийских журналистов ответ не устроил. Епископ Даниил (Леписк), ставший в условиях высылки из страны митрополита Таллинского Евгения фактическим руководителем местной церковной жизни, был в очередной раз вызван на ток-шоу и допрошен о связях с Москвой и с митрополитом Евгением в частности.

Владыка, надо признать, изящно использовал публичный допрос как повод провести «урок православной культуры» в прямом эфире. В сотый, наверное, раз епископ Даниил был вынужден объяснять публике разницу между духовным руководством и политическим.

«Конечно, у владыки-митрополита очень большой опыт духовной жизни, но наше дело – это жить местными реалиями», – подчеркнул он, ловко абсурдизируя дискурс нападающих.

Важно понимать: если бы эстонское государство и эстонское общество хотели запретить и ликвидировать ЭПХЦ, как это сделали власти Украины в отношении УПЦ, это давно бы произошло.

Однако уже пятый год Эстония этого не делает, по сути, имитируя бурную законодательную деятельность перед западными партнерами, а в реальности понимая, что нельзя рубить сук, на котором сидишь.

Нельзя бороться с самой массовой религиозной общиной в стране, руководство которой к тому же постоянно подтверждает, что живет исключительно интересами Эстонии и местных жителей.

Стать «второй Украиной» – это вообще ключевой страх всех постсоветских республик сегодня.

Сдача позиций, безусловно, постепенно происходит. В мае 2024-го Рийгикогу принял заявление, квалифицировавшее РПЦ (а значит, и входящую в ее состав ЭПХЦ) как институт, поддерживающий российскую военную операцию на Украине. В каком-то смысле это заявление стало политическим фундаментом для последующих законодательных шагов.

Однако с тех пор прошло уже почти два года, а Эстонская церковь по-прежнему существует. Вероятно, зажатая между державами-гигантами маленькая страна своим главным правилом жизни выбрала речение Ходжи Насреддина: «Либо ишак сдохнет, либо падишах умрет».

В эстонском характере вообще главное – это не торопиться.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.