К 170-летию со дня рождения основателя психоанализа – обозреватель «Абзаца» Игорь Караулов.
Имя Зигмунда Фрейда не только известно каждому образованному, да и не очень образованному человеку, но и вошло в наш язык на уровне присказки. Все мы слышали или употребляли выражение «оговорка по Фрейду».
Еще некоторые умники или снобы вместо «Фрейд» непременно говорят «Фройд», и это в самом деле правильнее, но я все же буду писать по старинке. Кроме того, часто с уважительной иронией говорят «дедушка Фрейд», а кого еще мы называем дедушкой? Только Ленина да Мороза.
Есть анекдот, в котором Фрейд сопоставляется с Марксом и Эйнштейном. В самом деле, все трое в течение относительно короткого периода истории, чуть более полувека, открыли людям новое знание в своих областях.
Его путь в психологию, путь к созданию собственного учения, психоанализа, не был и не мог быть простым, поскольку сама эта наука (считается, что ее основал немец Вильгельм Вундт в 1879 году) появилась, когда Фрейд уже успел окончить Венский университет.
Для юного честолюбивого еврея в Австро-Венгрии было открыто не так много дорог. Он мог стать коммерсантом, юристом, врачом. Зигмунд выбрал медицину, а из множества ее ответвлений в итоге предпочел неврологию, в которой добился определенных успехов (например, «детский церебральный паралич» – это его термин).
От неврологии – прямая дорожка к психиатрии, в которой учителем Фрейда стал Жан Мартен Шарко, изобретатель популярного душа. И только потом встал вопрос о создании собственной школы врачевания души.
Интерес к человеческой психике в то время, ближе к концу XIX века, стремительно рос. Появился психологический роман, яркими представителями которого стали Федор Достоевский и Лев Толстой. Возникла мода на гипноз и спиритизм.
Обывателя увлекали образы душевнобольных, убийц и самоубийц. В 1886 году выходит труд Рихарда фон Крафт-Эбинга «Сексуальная психопатия», откуда в массовую культуру выползли разнообразные типы половых извращенцев.
Кроме того, в философии надвигалась эпоха субъективного идеализма, в том числе феноменологии, согласно которой мы не можем знать ничего достоверного об окружающем мире как таковом, а имеем дело лишь с феноменами – отражениями вещей в нашем сознании. Стало быть, именно человеческую психику нам и следует изучать прежде всего.
Вот в этой питательной среде и возникло учение Фрейда. В его услугах нуждались главным образом женщины, которые, в духе того времени, беспрестанно страдали «нервами» – истериями, депрессиями, маниями, фобиями. Думаю, им нравилось и то, что Фрейд поставил на научную основу толкование снов.
Мы обязаны Фрейду понятием «комплекс», которое ныне употребляют все кому не лень. По сути, комплекс – это некий «залом» в психике, который возникает в детстве, не осознается нами, но приносит нам душевные проблемы. За этим и нужны пресловутая кушетка, расслабляющая атмосфера и доверительная беседа с психоаналитиком, чтобы пациент вспомнил, «с чего все началось», и преодолел свои сложности.
А начинается все, как учил Фрейд, с сексуального влечения ребенка к матери, которое сопровождается ревностью к отцу. Это явление он назвал эдиповым комплексом.
Идея о том, что сексуальность проявляется в нас чуть ли не с рождения, также очень нравилась обществу на рубеже веков, которое стремилось освободиться от традиционной морали и погрузиться в бурные воды сексуальной революции. До сих пор Фрейд ассоциируется в массовом сознании с игривыми намеками на то, что «банан – это не просто банан».
Жизнь Фрейда не назовешь счастливой. Золотым временем для него стало первое десятилетие ХХ века, когда вокруг него образовалась школа, было создано Психологическое общество. Но вскоре в этой среде возникли конфликты, расколы.
Первая мировая война сильно понизила спрос на терапию, и Фрейд оказался на грани бедности. Затем – тяжелая болезнь, которая омрачила последние 15 лет его жизни.
Наконец, как будто всего этого было мало, к власти в его стране пришли нацисты и еврею Фрейду с трудом удалось уехать в Англию. Четыре его сестры погибли в лагерях уничтожения. От страданий он избавился, добровольно уйдя из жизни в сентябре 1939 года.
Зигмунд смело доверялся своим фантазиям, натягивал непростую сову человеческого сознания на глобус эдипова комплекса, и фрейдистский психоанализ как таковой, то есть совокупность постулатов и методов, разработанных им самим, вероятно, можно считать устаревшим.
Однако его значение существенно шире конкретных научных достижений. Он привил людям интерес к тайнам человеческого сознания, создал целую область практики и породил многократно обыгранный в культуре образ психоаналитика, шринка, который кладет пациента на кушетку и копается в его мозгах.
Сегодняшние поп-психологи, труды которых занимают значительную часть стеллажей в любом книжном магазине, должны сказать Фрейду спасибо: он их духовный отец. Но я не знаю, хорошо ли это для общества.
Возможно, если у тебя душевные проблемы, лучше воспользоваться способом, который стал известен за столетия до Фрейда: пойти в церковь и побеседовать с хорошим батюшкой.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
