Врач от Бога: как православный архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) получил премию от Сталина

Современная история учит нас, что поляки были, есть и всегда будут врагами России и что нет такой подлости и низости, на которые бы ни пошли они, лишь бы нагадить России.

Но ведь есть и примеры иного рода, когда поляки становились русскими патриотами. И даже русскими святыми. Как Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий – поляк и сын истого католика.

Сначала он был покорен русским искусством – с юных лет Валентин, недолюбливавший точные науки, мечтал стать художником и учиться в Императорской Академии искусств в Петербурге.

Но в период юношеского увлечения идеями народников и толстовцев он решил получить такую профессию, чтобы быть максимально полезным простым людям. И буквально заставил себя поступить в Варшавский университет на медицинский факультет, который он блестяще окончил.

Он немало удивил профессоров, когда вместо продолжения карьеры ученого выбрал участь простого земского врача в самых бедных клиниках Симбирской, Курской, Саратовской губерний и в Переяславле-Залесском. Он проводил тысячи сложнейших операций и параллельно защитил докторскую диссертацию на тему нового метода местного обезболивания.

Революцию 1917 года Войно-Ясенецкий встретил в Ташкенте, куда он переехал из-за болезни легких жены. Угар русского бунта в условиях Туркестана потряс Валентина Феликсовича – его самого чуть было не расстреляли во время бессудных казней русских офицеров-«золотопогонников», а от нервных переживаний супруга Анна быстро слегла и скончалась, оставив мужа с четырьмя детьми на руках.

И именно в этот момент будущий святитель вдруг с необычайной ясностью понял, что людям в тот момент нужен не только хирург, но в первую очередь духовный целитель.

Следуя неожиданному, но твердому призыву местного епископа Иннокентия, он без всякого богословского образования принимает священный сан. Причем его уверенность в избранном пути была настолько велика, что он в чине профессора медицины и главного хирурга приходит читать лекции студентам в рясе с крестом и бесстрашно защищает веру на публичных диспутах с безбожниками. И это в самый разгар гонений на Церковь.

Более того, он тайно принимает монашеский постриг, в котором ему дают новое имя – Лука. А потом становится и местным архиепископом, потому что всех тамошних священников чекисты либо расстреляли, либо отправили в ссылку.

Разумеется, его тоже арестовали – на следствие в Ташкент даже приезжал один из замов председателя ГПУ Дзержинского, который поставил вопрос ребром: «Не пойму, кто вы – друг или враг?» Ответ поразил чекиста своей прямотой: «И друг ваш, и враг ваш. Если бы я не был христианином, то, вероятно, стал бы коммунистом. Но вы воздвигли гонение на христианство, и потому, конечно, я враг вам».

Ну раз враг, то получай. И его отправили в ссылку под Туруханск – в то самое место, где отбывал свой срок Сталин. Правда, его, в отличие от «отца всех времен и народов», по всему тюремному этапу выходили встречать и провожать целыми селениями, потому что по Сибири прошел слух, что чекисты везут святого врача, который проводит операции любой сложности. И святитель Лука действительно лечил всех в самых нечеловеческих условиях – и чекистов, и заключенных, и местных крестьян.

Однажды какой-то чекист из Туруханска, испугавшийся всенародной славы епископа, решил перевести его из города в отдаленный лагпункт. Местные жители подняли бунт – как это так, из краевого центра высылают единственного хирурга? В итоге владыку вернули в Туруханск и даже разрешили заниматься всеми научными исследованиями.

В общей сложности в тюрьмах и ссылках владыка провел 11 лет. А во время войны, находясь в Красноярске, он послал телеграмму председателю Президиума Верховного Совета СССР Калинину с просьбой направить его для работы в госпиталь на фронте или в тылу. «По окончании войны готов вернуться в ссылку», – добавил он.

Ответ пришел незамедлительно: ссыльного епископа назначили главным хирургом эвакогоспиталя и консультантом всех госпиталей Красноярского края.

А после войны он получил медаль «За доблестный труд» и Сталинскую премию I степени – за фундаментальный труд «Очерки по гнойной хирургии». Более того, Сталин лично распорядился вернуть епископа из ссылки и разрешил ему поселиться в Крыму. Так святитель Лука возглавил Симферопольскую и Крымскую кафедру. Здесь он продолжил лечить людей и писать богословские труды – более 12 томов!

И даже полностью ослепнув, святитель продолжал совершать богослужения и находить время для приема каждого человека.

В День Всех святых, в земле Российской просиявших, а в 1961 году он отмечался 11 июня, архиепископ Лука мирно отошел ко Господу.

На его похороны собрались тысячи людей – никто и подумать не мог, что в Симферополе так много верующих. Очевидцы вспомнили, что все улицы, по которым следовал похоронный кортеж, были забиты людьми, желающими отдать последнюю дань уважения святому целителю.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.