Ссора с дублером, «Бриллиантовая рука», отказ от корней: почему главный Дед Мороз СССР сменил имя

История Александра Хвыли – это пример того, как человек, отказавшись от родовой фамилии и корней, создал себе новую идентичность и стал символом целой эпохи. Он десятилетиями был главным Дедом Морозом страны на кремлевских елках. Однако за сказочным фасадом скрывалась непростая биография. Подробности – в материале «Абзаца».
От Брессема к Хвыле
Настоящая фамилия актера – Брессем. Его род происходил из Швеции: предки будущей звезды советского кино были переселены в Российскую империю еще в XVIII веке. Отец Александра, Леопольд Брессем, работал механиком-машинистом и умер, когда мальчику было всего два года. Мать осталась одна с пятью детьми на руках. Семья жила небогато, и Александру с ранних лет пришлось думать не о творчестве, а о способах прокормить себя.
Смена фамилии произошла в 1920-е годы, в период так называемой украинизации – политики коренизации, проводившейся в Украинской ССР. Молодой Александр, к тому времени уже увлеченный сценой, решил избавиться от диссонирующей шведской фамилии. Он взял звучное украинское слово «Хвыля», что означает «волна». Словно предвидя будущий успех, он сменил фамилию отца на «сказочно-смешную», как отмечали биографы.
От железной дороги до «Морозко»
До того, как стать актером, Хвыля окончил церковно-приходскую школу и железнодорожное училище, работал счетоводом и конторщиком, чтобы помочь матери сводить концы с концами. Однако тяга к сцене оказалась сильнее. Он окончил драматическую студию, играл во Львове и Харькове, а с 1932 года начал сниматься в кино.
Прорыв произошел в 1942 году с главной ролью в фильме «Александр Пархоменко». За роль в драме «Константин Заслонов» актер был удостоен Сталинской премии III степени. Но настоящая всесоюзная слава пришла благодаря сказкам режиссера Александра Роу. В 1964 году Хвыля воплотил образ Морозко в легендарном фильме – и это стало каноническим изображением Деда Мороза для миллионов советских детей. После выхода картины на экраны актер получал мешки писем от ребят, которые искренне верили, что он и есть настоящий зимний волшебник.
«Бриллиантовая рука»: незаметная, но знаковая роль
В 1968 году Леонид Гайдай пригласил Хвылю на эпизодическую роль в комедии «Бриллиантовая рука». Актер, к тому времени уже народный артист РСФСР, без раздумий согласился. Он сыграл метрдотеля ресторана «Плакучая ива», где отдыхали Гена Козодоев и Семен Горбунков. У него была всего одна реплика – «Вам пора освежиться», – адресованная персонажу Андрея Миронова.
Многие зрители даже не узнали в строгом метрдотеле привычного сказочного волшебника. Тем не менее эта крошечная роль стала еще одним штрихом к портрету актера, способного быть убедительным в любом амплуа – Гайдай ценил Хвылю за фактурность и умение создать образ буквально из ничего.
Главный Дед Мороз СССР и публичное унижение
После успеха «Морозко» Хвыле предложили «должность» главного Деда Мороза страны – он вел новогодние елки в Кремле. Актер перевалил за 60, но с радостью согласился, тем более что гонорары были немалыми: на время елок он отказывался от любых съемок, ему предоставляли машину с водителем. Более десяти лет он был лицом главного зимнего праздника СССР. Дети и взрослые выстраивались в очереди, чтобы пожать руку сказочному волшебнику.
Однако со временем здоровье стало подводить. Хвыля сам предложил найти дублера – им стал актер Малого театра Роман Филиппов, обладатель такого же глубокого баса. Сначала Филиппов лишь изредка подменял мэтра, но затем выступил с требованием: выступать на кремлевских елках поочередно. Руководство пошло ему навстречу.
Для Александра Леопольдовича это стало публичным унижением. Он воспринял решение как предательство коллеги, которого сам же и приблизил, и навсегда перестал разговаривать с Филипповым. По свидетельствам современников, конфликт серьезно подорвал здоровье актера. В 1976 году Александр Хвыля ушел из жизни в возрасте 71 года. Роман Филиппов после этого ещё шестнадцать лет примерял роль Деда Мороза, но тень предшественника, по мнению многих, так и осталась на этом образе. Зрители старшего поколения продолжали сравнивать их, и чаще всего сравнение было не в пользу Филиппова.