В тот зимний понедельник в московском аэропорту Домодедово раздался взрыв, который навсегда изменил жизнь сотен людей. 15 лет спустя мы вспоминаем хронику событий, жертв, выживших и последствия трагедии.
24 января 2011 года. Понедельник. Обычный зимний день
В международном аэропорту Домодедово люди встречают родных, возвращающихся из командировок и отпусков. Никто не знает, что через несколько минут это место станет символом одной из самых страшных трагедий в истории современной России.
16:32. Взрыв
В 16 часов 32 минуты террорист-смертник приводит в действие самодельное взрывное устройство в толпе встречавших.
Сотрудница аэропорта в этот момент отправила сообщение, которое позднее облетело весь мир:
«Молитесь, у нас на работе взорвали бомбу».
По данным следствия, мощность бомбы составляла до 7 килограммов в тротиловом эквиваленте. Взрывное устройство было начинено поражающими элементами – шариками и металлическими роликами, которые разлетелись во все стороны.
«Взрыв произошел в зоне выхода пассажиров международных рейсов, в самой людной части терминала».
За считаные секунды зона прилета превратилась в место ужаса: обломки конструкций, клубы черного дыма, кричавшие и истекавшие кровью люди.
Хроника событий
Когда прогремел взрыв, первые бригады скорой помощи появились на месте уже через 10 минут. Спасатели, пожарные и медики бросились вытаскивать людей из-под обломков, оказывать помощь раненым и доставлять их в больницы Москвы и Московской области.
Официальные данные следствия называются чуть разными цифрами, но они неизменно ужасающи:
37 человек погибли;
более 170 получили ранения различной степени тяжести;
около 120 пострадавших было госпитализировано.
Это были совершенно разные люди: бизнесмен Кирилл Бодрашов, прилетевший из Лондона на конференцию, Анна Яблонская – талантливый драматург из Одессы, московский таксист Вадим Измайлов, сотрудник брянской птицефабрики Виктор Пермятин и многие другие.
Дмитрий Чиненков: «Бомба взорвалась в 5–6 метрах от меня»
«Мы с деловым партнером стояли в зоне прилета – там, где всех встречают. Уже потом следователи показывали мне скриншот с камер видеонаблюдения – бомба взорвалась в 5–6 метрах слева от меня. Мгновение после взрыва – и я на полу. В сознании, только ужасный звон в ушах был. Клубы черного дыма, вокруг лежат люди…»
По словам Дмитрия, его спасло положение относительно террориста: поражающие элементы полетели вперед и назад, а он стоял сбоку.
«Я весь был в запекшейся крови. На мне были джинсы, и первое, что я заметил, – они порваны на левой ноге. Крови поначалу было не так много, из-за шока я не понял, что ранен. Даже смог встать».
Юрий Комар: «Помню крики, стоны, столб пыли»
Работал водителем, приехал встретить аудитора:
«Я находился в зале встречающих, народу было много, все ждали прилетающих. Тогда и раздался взрыв… Помню крики, стоны, столб пыли… Я оказался не в самом эпицентре, а ближе к табло и колонне. Мне даже удалось остаться на ногах после взрыва. Люди в панике ломанулись на выход к стоянке, я тоже побежал. Уже на улице почувствовал боль в правом плече. Один мужчина помог перевязать меня».
«Я стоял в зоне вылета, там, куда выходили все пассажиры. Вдруг увидел друга, он позвал меня, я к нему подошел. До сих пор страшно представить, что было бы, если бы я остался на прежнем месте – бомба разорвалась именно там. Ничто не предвещало. Не как в фильмах показывают, когда обстановка нагнетается, все беспокоятся. Просто моментально случилось».
Его первое впечатление – разрушенные киоски и испуганные люди вокруг.
Кем был террорист: воспоминания и детали
Исполнителем теракта стал 20-летний Магомед Евлоев, житель Ингушетии. Его личность была установлена в первые дни после взрыва.
Следствие выяснило: террорист не действовал спонтанно. Его несколько месяцев готовили к атаке, ограничивали контакты с семьей, внушали идею «жертвы».
Евлоев приехал в Москву из Ингушетии за три дня до теракта. Неизвестно, чем точно он занимался в эти дни и о чем думал, но в крови молодого человека обнаружат следы гашиша, кокаина, психотропных препаратов. Вероятно, сопровождавшие будущего террориста чутко следили за тем, чтобы его сознание не пробудилось в последний момент, и Евлоев не отступил.
В аэропорт он приехал на такси, зашел через вход № 2, где возле рамки металлодетектора дежурил милиционер. Евлоеву удалось обойти рамку, когда постовой отвлекся. То, что сейчас каждого входящего и его вещи сканируют, проверяют вдоль и поперек несколько человек, а по залу регулярно ходят кинологи с собаками, стало следствием именно этого эпизода.
Террорист больше часа находился в здании аэропорта, гулял по нему с поясом шахида под курткой, даже попил кофе в кафе.
Целью Магомеда, по данным следствия, было выбрать для теракта многолюдное место, причем с большинством иностранцев – для сильного резонанса в СМИ. По этой причине бомба была приведена в действие в 16:32 в зале, куда выходили пассажиры международных рейсов, где они встречались с родственниками, друзьями, коллегами и таксистами.
Последствия теракта
Теракт в Домодедове считают первой трагедией в истории России, о которой люди узнали сначала из Twitter, а потом уже от информагентств. Из-за недостатка информации появлялись многочисленные фейки.
Все это меркло на фоне всеобщего возмущения и гнева из-за несработавшей системы безопасности аэропорта. Своих должностей лишились начальник Управления на транспорте МВД России по Центральному федеральному округу Андрей Алексеев, начальник линейного отдела внутренних дел в аэропорту Домодедово, и двое его заместителей, четыре чиновника из Минтранса и несколько руководящих работников из управления по борьбе с терроризмом ФСБ.
Спустя четыре года после взрыва было возбуждено уголовное дело по статье 238 Уголовного кодекса в отношении сразу нескольких должностных лиц, руководивших аэропортом в январе 2011 года, в том числе экс-главы российского представительства «Эрпорт Менеджмент Компани Лимитед» Светланы Тришиной, бывшего управляющего директора «Домодедово Эрпорт Авиэйшен Секьюрити» Андрея Данилова и бывшего директора аэропортового комплекса Вячеслава Некрасова.
Однако позже это дело было прекращено.
Потерпевшими по уголовному делу о теракте стали более 200 человек, в том числе граждане США, Великобритании, Германии и Австрии.
Троих из четырех обвиняемых – Башира Хамхоева, братьев Ислама и Илеза Яндиевых – приговорили к пожизненному лишению свободы, Ахмеда Евлоева – к десяти годам заключения. Именно они, как считает следствие, помогли Магомеду Евлоеву добраться до Москвы, поселили его на съемной квартире и вручили взрывное устройство.
Ответственность за теракт взял на себя чеченец Доку Умаров, который с 2006 года был президентом непризнанной Ичкерии, а в 2007-м заявил о создании «Имарата Кавказ» (запрещенной в России террористической организации) и стал его верховным лидером.
В распространенном от имени Умарова заявлении о теракте в Домодедове говорилось, что весь 2011 год станет для России «годом крови и слез».
Память – как вспоминают день теракта
В 2016 году в Домодедове установили мемориальную доску. Ежегодно 24 января родственники погибших, выжившие, сотрудники аэропорта и просто неравнодушные приходят к месту трагедии, чтобы почтить память тех, кто не вернулся. Цветы, свечи, минута молчания – так люди говорят спасибо тем, кто помог другим в тот день, и вспоминают тех, кого нет рядом.
Дмитрий Чиненков отмечает:
«Каждый год возвращаюсь мыслями туда, в тот зал. Пытаюсь понять, как мне повезло. Память о погибших и о тех, кого спасли, – самая сильная и горькая».
Юрий Комар вспоминает:
«Я стараюсь звонить родным погибших, вспоминать их вместе. Это не просто траур – это напоминание о ценности каждого мгновения».
