Эпоха беспредела: почему милиция проигрывала бандитам в открытую

Чтобы понять масштаб трагедии, нужно представить Россию начала 90-х. Советский Союз рухнул, оставив после себя не только свободу, но и экономический вакуум. Заводы стояли, армия деморализована, а милиция оказалась заложницей старых методов работы.

Полковник милиции в отставке Евгений Черноусов в своих интервью вспоминает, что система развалилась мгновенно. Лучшие кадры уехали в горячие точки или ушли в коммерцию, где платили в разы больше. Те, кто остался, были деморализованы низкими зарплатами и отсутствием уважения в обществе. Бандиты это чувствовали.

«В 90-е положением ослабленной исполнительной власти воспользовались, тогда пошли грабежи, разбои, убийства стали плохо, медленно раскрываться. Повсюду стали возникать преступные группировки, срочно пришлось вводить новые уголовные статьи под преступное сообщество», – вспоминает Черноусов в интервью изданию «Слово и дело».

Бандиты ездили на дорогих иномарках, открыто стреляли в городах и покупали судей и следователей. Им казалось, что они и есть новая власть. Но это заблуждение стало роковым.

«Белая стрела»: легендарный «эскадрон смерти» или страшная сказка для бандитов?

Пожалуй, самая интригующая страница борьбы с оргпреступностью – это слухи о секретном отряде «Белая стрела». Поговаривали, что в недрах спецслужб было создано подразделение, которое работало без суда и следствия. Их методы были просты и ужасны: выследить главаря ОПГ и ликвидировать.

Поводом для паники стал случай в 1999 году в Москве. Некий гражданин Л. в нетрезвом состоянии влетел на машине в автосалон. При задержании у него нашли арсенал оружия, а когда «тормоза» у него окончательно отказали, он начал рассказывать следователям страшные вещи о том, как он работает в «двойке» «Белой стрелы». Метод был почерком ореховских: подрезать машину жертвы, спровоцировать конфликт и расстрелять всех.

Однако существует и другая версия, более циничная. Некоторые историки спецслужб полагают, что «Белой стрелы» как организованной структуры не существовало. Это был грамотный информационный вброс. Слухи о возмездии, приходящем из-за угла, должны были посеять панику в криминальной среде. Если бандит боится, что его убьют свои или «мент» за каждым углом, он начинает ошибаться.

Кого приписывают «Стреле»?

Волна загадочных смертей авторитетов в середине 90-х подливала масла в огонь. «Белой стреле» приписывали ликвидацию Отари Квантришвили (хотя позже сознался киллер Алексей Шерстобитов), убийство Валерия Длугача (Глобуса) и даже исчезновение вора в законе Сибиряка, устроившего сходку в Бутырке.

Официальные лица опровергают существование «Стрелы», но совпадений в смертях авторитетов в те годы было много.

Уничтожение «великолукских»: кровавая бандитская война

Если «Белая стрела» – это тень, то реальные спецоперации против ОПГ проводились часто руками самих бандитов. Принцип «разделяй и властвуй» сработал идеально. Яркий пример – разгром самой грозной ОПГ Петербурга начала 90-х – «великолукских».

Братья Гавриленковы (Николай и Виктор) контролировали подпольные казино, проституцию и «налог» на эмигрантов. Они начинали с продажи разбавленного пива, а закончили контролем над нефтью и недвижимостью. Но когда они наехали на группировку «тамбовских», началась война на уничтожение.

30 июня 1995 года у своего дома на Московском проспекте был расстрелян из автоматов Николай Гавриленков. С асфальта собрали 55 гильз. Лидеров убивали в Венгрии и на улицах Питера. Эта бойня ослабила «великолукских» настолько, что милиции оставалось только добить остатки. В итоге криминальный Петербург перешел под контроль «тамбовских», которые сами позже были уничтожены или сели в тюрьмы.

Спецоперация против Прапорщика: киллеры с «Ленфильма»

Абсурд 90-х достиг апогея в деле петербургской ОПГ Владимира Борисова, известного как Прапорщик. Это была банда нового типа. Прапорщик собрал вокруг себя отставных военных и спецназовцев. Они тренировались в тирах, ставили прослушку уровня ГРУ и гримировались перед убийствами на студии «Ленфильм». Киллеров гримировали под бомжей или случайных прохожих, чтобы те могли в упор расстрелять жертву.

Банда контролировала десятки предприятий, а ее боевое крыло возглавлял Юрий Бирюченко (Танкист) – офицер, который еще в армии расстреливал солдат за дерзость, отделываясь принудительным лечением.

Схватили Прапорщика не сразу. В 2007 году суд оправдал его по статье «бандитизм» – это был шок для общества. Его отпустили, но он не успокоился. В 2010-х Борисов занялся рейдерством, захватив государственный Институт архитектурно-строительного проектирования и нанеся ущерб почти в 300 млн рублей. Сейчас он снова за решеткой, а его подельник Танкист сбежал на Украину, где прикинулся православным меценатом.

Задержание авторитетов: когда оборотни были в погонах

Проблема борьбы с оргпреступностью усугублялась тем, что сами милиционеры часто становились частью бандитских схем. Самый циничный пример – банда подполковника киевского УБОП Игоря Гончарова.

Этот оборотень создал ОПГ прямо внутри спецподразделения «Сокол». Его люди останавливали машины на трассах, похищали бизнесменов и увозили их в лес. Гончаров убеждал своих подчиненных, что они выполняют «секретное государственное задание» по ликвидации особо опасных преступников, ушедших от правосудия.

На самом деле они душили жертв, закапывали их в лесу, засыпая известью и битым стеклом, чтобы звери не раскапывали могилы, а выкуп делили между собой. Когда двое его подчиненных-сержантов допустили ошибку и отпустили свидетеля, Гончаров лично надел им на головы мешки, задушил их и прострелил головы для верности – не терпел провалов.

Итоги зачистки 90-х: кто победил

К началу 2000-х волна открытого бандитизма пошла на спад, но не благодаря, а вопреки. Многие ОПГ самоуничтожились в междоусобных войнах. Часть выживших авторитетов «легализовалась», став депутатами или крупными бизнесменами.

Парадокс ситуации в том, что к тому моменту, когда государство наконец создало мощный РУБОП (Региональное управление по борьбе с организованной преступностью), оно же его и ликвидировало. В 2008 году президент Медведев подписал указ о роспуске УБОПов. Функции передали в уголовный розыск.

Как рассказывают ветераны, например подполковник ЦРУБОП Михаил Игнатов, это было ошибкой.

«На самом деле оргпреступность с 90-х годов никуда не девалась. Она просто изменилась, а сейчас подняла голову. Мое субъективное мнение такое, преступлением было ликвидировать службу по борьбе с организованной преступностью», – говорил он в интервью МК.

Сегодня эксперты бьют тревогу: организованная преступность возвращается, меняя малиновые пиджаки на гаджеты и серые схемы в сфере IT и миграции.