Синдром Майдана: как ровно девять лет назад Украина сошла с ума

<span>Фото:</span> ТАСС / Алексей Иванов
Фото: ТАСС / Алексей Иванов

Начало украинских протестов 2013 года я наблюдал в самой гуще. Пусть не в Киеве, а неделю во Львове на плотно заполненной главной площади, где майданили непрерывно, и потом ещё неделю в Одессе – там жалкая сотня активистов протестовала у памятника Екатерине.

Рассказать, как там всё начиналось, – теперь и сами украинцы не поверят. Напомню завязку. Весь 2013 год президент Янукович обещал стране подписание «ассоциации» с Европой, даже нагнетал, гнул своих чиновников: скорее готовьте бумаги, а потом вдруг передумал, сказал «стоп, нам предлагают невыгодные условия, надо ещё торговаться».

И недовольные западники («Всё пропало, мы были почти в ЕС, а Янукович предал») в небольшом сначала числе 21 ноября вышли на Крещатик, который каких только демонстраций не повидал, там годами стоял уже палаточный городок поклонников Юлии Тимошенко, и начали ставить свои палатки. Полиция пробовала их оттеснить, начались стычки.

Сначала сами протестующие отмеряли своим акциям срок до 1 декабря. Но 30 ноября – это загадочное обстоятельство до сих пор остаётся большой тайной Майдана – кто-то отдал спецназу «Беркут» совершенно нелогичный приказ разогнать несколько сотен «европейцев» дубинками. Спецназ встретил силовое сопротивление и не смог выполнить задачу, кого-то они задержали на пару часов, кого-то поколотили дубинками, но и в ответ получили камни и арматуру.

Синдром Майдана: как ровно девять лет назад Украина сошла с ума
Фото: ТАСС / Зураб Джавахадзе

И вот тогда началось по-настоящему. В центр Киева привалили многие тысячи возмущённых «полицейской жестокостью». Конец протестов отменили.

Янукович в тот же день осудил действия «Беркута», показав, что не был предупреждён, но в мифологии Майдана так и остался тем, кто «отдал приказ». Теперь мы знаем, как они умеют игнорировать факты, не укладывающиеся в их картину.

А львовский площадной карнавал в начале декабря казался почти потешным. Не было привычного нам теперь градуса ненависти. Ну, подумаешь, выходил на сцену старый поп-дурак, нёс какую-то бандеровскую хулу и лихо подпрыгивал – большой крест бился по пузу – с криком «Хто не скаче, той москаль». Не скакал я вместе с площадью, ибо москаль, и даже косых взглядов не ловил.

Ну, подумаешь, ругали с подмостков Путина, и это было странно, конечно, – вы ж независимая типа страна, вот дался вам чужой президент, – но выражения были ещё относительно скромны.

И, конечно, нескладно получалось у них приравнивать «евроассоциацию», эту странную морковку, за которую от них требовали отречься от выгодных связей с Россией, к настоящему членству в ЕС. Там любой мог открыть Википедию и узнать, что в ассоциации давно состоят Ливан, Иордания, Йемен, Египет, и это их к Европе не приблизило.

Второй стороной той же лжи было приравнивание Таможенного союза с Россией к отказу от независимости. Казахстан состоит в этом союзе – много он суверенитета потерял?

Синдром Майдана: как ровно девять лет назад Украина сошла с ума
Фото: Дмитрий Дубинский / Абзац

Но эти заблуждения казались ещё не критическими. Побузят и разойдутся, думал я. Наши же, в принципе, люди. Во Львове говорили по-русски без акцента, русских книг и журналов в продаже было больше, чем украинских, – всё это запретят потом, – а в проулке у майдана уличный музыкант зарабатывал песнями Цоя и «Гражданской обороны».

Что уж говорить об Одессе, где мовы вообще никто не знал, а жидкий майданчик вокруг Екатерины заводил песню «Перемен требуют наши сердца». Разумеется, скоро они выпустят пар и пойдут домой – другого исхода я не видел. За полгода до Украины работал несколько недель на турецких протестах, вот там было горячо, да и то остыло.

И я спрашивал у этих одесских проукраинских фриков: почему на самом деле вы здесь, братья? Только не надо гнать про плохую Россию. И они отвечали будто бы от сердца: «Потому что нельзя бить людей дубинками, небрат». Потому что, мол, такие мы свободные люди против силовых акций, тебе не понять, ты с Москвы. И я загадывал: сдуются к Новому году.

Но к праздникам они не закончились. А 19 января киевский Майдан сам стал силовой акцией. В центре Киева они пошли пробиваться сквозь цепи «Беркута», сжигая заслоны «коктейлями Молотова», сами вооружившись дубинками и всем, что попадётся под руку.

Через три дня в Киева появились первые убитые активисты из огнестрела – загадочными стрелками с крыш. Потом майдауны начали захватывать здания администраций в западных и центральных регионах и в самой столице. Европарламент при этом выпускал лицемерные заявления о насилии власти против якобы мирных граждан. Жестокостей другой стороны он не замечал. Всё – как теперь.

Синдром Майдана: как ровно девять лет назад Украина сошла с ума
Фото: TASS / EPA / SERGEY DOLZHENKO

К середине февраля Киев стал ареной настоящих боевых действий между силовиками и боевиками. В некоторые дни число убитых доходило до десятков человек. И так к 22 февраля они свергли законную власть, избранного президента Януковича – всего за несколько месяцев до новых выборов.

Потом была молниеносная реакция Москвы – освобождение и присоединение Крыма. Потом в Донбассе мирные сторонники России начали такие же зеркальные захваты административных зданий, какие проводились майдаунами в западенских регионах. В ответ Киев прислал в Донбасс войска и развязал гражданскую войну.

А в Одессе случилось кровавое 2 мая – 42 заживо сожжённых русских человека, недовольных новой незаконной властью, в Доме профсоюзов.

И знаете что? В репортажах того вечера из Одессы я видел среди поджигателей и подстрекателей те самые лица зимних демонстрантов, которые задвигали про «недопустимость насилия».

Оказалось, что у памятника Екатерине в конце 2013-го я общался с будущими убийцами, ошибочно принимая их за нормальных, просто заблудших людей.

Конечно, они были безумцы. Преступники. Чёртовы маньяки.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Новости показать еще