О перемирии на Ближнем Востоке – обозреватель «Абзаца» Игорь Караулов.
7 апреля стало критическим днем в американо-иранской войне. В этот день Дональд Трамп пообещал ни много ни мало уничтожить за одну ночь целую цивилизацию.
Таких угроз мир еще не слышал. Казалось, президент США карикатурно изображает безумного злодея из космооперы, завладевшего «звездой смерти». Пока во всем мире гадали, не собирается ли сумасброд из Белого дома применить ядерное оружие, с авиабазы в Великобритании вылетели бомбардировщики В-52, которые такое оружие как раз способны нести. Удар должен был состояться в три часа ночи по московскому времени, когда истекал срок очередного ультиматума Трампа.
Но обратный отсчет, точно как в кино, остановился на последних секундах, и мир смог выдохнуть. Вместо того чтобы жахнуть, Трамп развернулся на 180 градусов и объявил о двухнедельном перемирии, за время которого злополучный Ормузский пролив должен быть разблокирован, а воюющие стороны должны договориться о мире, причем на основе иранского плана.
В этом плане есть вещи, неприятные для Штатов. Это и закрепление контроля Ирана над проливом, и отмена всех санкций, и согласие США на мирную атомную программу Тегерана, и выплата американцами компенсации за причиненный ущерб. По этому случаю многие, и в первую очередь иранцы, стали праздновать свой триумф и чуть ли не капитуляцию мирового гегемона.
На данный момент это далеко от истины. Переговоры, в которых посредничает Пакистан, будут трудными, и вряд ли американцы с ходу согласятся хотя бы на половину иранских требований. Возможно, за двумя неделями последуют еще две и так далее.
К тому же все помнят, что нынешняя война началась как раз в разгар переговоров и под их прикрытием. При этом до сих пор в регион стягиваются силы США, готовясь к возможной наземной операции. Стоит ли многого ожидать от нынешнего мирного процесса, который будут вести все те же братья-акробаты Уиткофф и Кушнер? Можно ли вообще договориться о чем-либо с Трампом и его людьми? Учитывая «дух Анкориджа», вопрос этот актуален и для нас.
Еще один фактор неопределенности – Израиль. Главный вдохновитель войны, с которым Трамп на этот раз даже не посоветовался, а просто взял и заключил перемирие за себя и за того еврейского парня. Иранская сторона утверждает, что по условиям договоренности Израиль обязан остановить не только бомбежки Ирана, но и боевые действия в Ливане, где, казалось, все только начинается. Израиль, чувствующий себя оскорбленным и брошенным, – это сила, которая вполне может попытаться сорвать перемирие.
Но по большому счету это все частности. Главное в том, что перемирие с Ираном подводит итог тому короткому, но бурному отрезку истории трамповского правления, который начался с похищения Николаса Мадуро 3 января этого года.
После той ошеломительной операции мир стал смотреть на Трампа завороженно, как кролик на удава. «А злодей-то не шутит». Сразу все поверили в то, что и Гренландию он заберет, и Кубу легко раздавит, и ООН заменит своим Советом мира, и присвоит все редкоземы и всю нефть на планете. Кто смел, тот и съел, остальным же приходится только глазами хлопать.
Но головокружение от успехов сыграло с Трампом злую шутку, и в случае с Ираном выяснилось, что претендент на завоевание мира полез не на того пацана. Дальше можно надувать щеки и махать кулаками, но результат драки – на табло. И этот результат не в пользу сверхдержавы.
Соединенные Штаты еще очень сильны и не свалятся на ринг завтра или послезавтра. Но свой Сталинград они получили. Подобно тому как Сталинградская битва развеяла миф о непобедимости Гитлера, героическое сопротивление Ирана сбило спесь с Трампа. Не смотреть ему теперь свысока на ничтожных стармеров и макронов, да и внутри США похороны трампизма не за горами.
Личная политическая судьба рыжего сумасброда мало кого волнует, но вот что важно. Оказалось, даже самая сильная и богатая сверхдержава сегодня не в состоянии решать свои стратегические проблемы военным путем, несмотря на спутники Илона Маска, ИИ Питера Тиля и иные технологические приблуды, находящиеся в распоряжении современной армии.
Если народ един в своем сопротивлении, если его руководители неподкупны и не боятся смерти, то у грубой силы нет шансов. Приходится идти другим путем, бороться за влияние в мире и симпатию человечества с помощью многократно осмеянной «мягкой силы».
Вот только способны ли на это сегодняшние США?
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
