«Люди летели до начала вагона»

В 8:34 утра состав из восьми вагонов модели «Русич» отъехал от станции «Парк Победы». Спустя всего полторы-две минуты движения пассажиры почувствовали страшный удар. Поезд резко затормозил, людей бросало по вагонам, разбивались стекла. Как вспоминал очевидец Александр, ехавший во втором вагоне с конца, произошло резкое торможение, все пассажиры упали. Из середины люди летели до начала. Первые два вагона сошли с рельсов и врезались в стену тоннеля, третий был сильно деформирован.

Машинист состава, 31-летний Сергей Осипов, не отвечал на запросы дежурной по станции – позже выяснилось, что он получил тяжелую черепно-мозговую травму и потерял сознание. В 8:39 поступил сигнал тревоги, и спустя шесть минут на месте уже работали спасатели. Контактный рельс был обесточен, чтобы избежать возгорания. Первые минуты паники быстро сменились организованной эвакуацией. Пассажиры последних вагонов, которые остались целы, выбирались самостоятельно и помогали друг другу, двигаясь навстречу спасателям.

Первые сообщения о задымлении оказались ложными: густая пыль от разрушенных бетонных конструкций тоннеля создавала иллюзию дыма. Пожара не случилось, но масштаб разрушений был ужасающим. Головной вагон буквально смят о стену, и спасателям пришлось применять гидравлическое оборудование для деблокации тел погибших и пострадавших. Всего с места аварии было эвакуировано около 1150 человек.

В ликвидации последствий были задействованы 651 человек и 170 единиц техники. Вертолеты МЧС совершили 25 рейсов, эвакуируя тяжелораненых. Трагедия парализовала движение на Кутузовском проспекте. Выжившие получили страшные травмы – переломы позвоночника и конечностей, черепно-мозговые, сотрясения. Наиболее тяжелые последствия – у пассажиров первых трех вагонов, принявших на себя основную силу удара.

«Дело стрелочников»

Сразу после трагедии Следственный комитет исключил версию теракта. Среди основных причин назывались ложное срабатывание сигнализации, неисправность подвижного состава и ошибка при монтаже стрелочного перевода.

Авария произошла как раз в том месте, где основной путь раздваивался, уходя на строящийся оборотный тупик. Следствие пришло к выводу, что стрелка была неправильно зафиксирована. По версии обвинения, рабочие закрепили остряки стрелки не специальными штангами-струбцинами, а проволокой, что привело к ее расшатыванию от вибрации. В результате состав поехал не по основному пути, а уперся в бетонную стену.

Фигурантами дела стали четверо стрелочников: старший мастер службы пути Валерий Башкатов, его помощник Юрий Гордов, замначальника дистанции капремонта Алексей Трофимов и замдиректора компании-подрядчика Анатолий Круглов. Позже к делу привлекли еще руководящих работников метрополитена. Все они обвинялись по ч. 3 ст. 263 УК РФ (нарушение правил безопасности, повлекшее смерть двух и более лиц).

Однако сами подсудимые настаивали на несостоятельности этой версии. Машинисты метро в один голос утверждали, что зафиксировать стрелку трехмиллиметровой проволокой «физически невозможно», так как там используются тяжелые металлические закладки на «амбарных» замках. Защита также указывала на альтернативную версию – на шпалах были найдены свежие сколы, которые могли свидетельствовать о том, что из шедшего впереди состава выпали детали, которые могли спровоцировать сход «Русича».

Адвокаты пытались добиться вызова в суд машиниста Сергея Осипова, который из-за травмы потерял память и не давал показаний, а также независимых экспертов. Однако суд эти ходатайства отклонил. В итоге «дело стрелочников» было передано в Дорогомиловский суд, а подсудимые до приговора провели длительное время в СИЗО.

Последствия для метрополитена

Уже через неделю, 22 июля, от должности начальника метро был освобожден Иван Беседин, его место занял Дмитрий Пегов. В подземке ввели новые жесткие инструкции по работе с подрядными организациями, запретили поэтапную укладку стрелок на действующих путях и усилили контроль за монтажом.

Была разработана новая инструкция о порядке производства работ сторонними организациями. Также МЧС и метрополитен инициировали создание специального полигона для тренировок по ликвидации ЧС в тоннелях, так как проводить учения в действующем метро в ночное время крайне сложно из-за нехватки времени – окна длятся всего пару часов.