К чему приведет встреча Путина, Трампа и Си: «золотой джокер», Украина, союз против США
Встреча президента России Владимира Путина и председателя КНР Си Цзиньпина в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Бишкеке стала важным этапом подготовки к возможному историческому событию – трехстороннему саммиту лидеров России, США и Китая. Помощник главы государства Юрий Ушаков подтвердил, что на полях саммита политики обсуждали возможность трехсторонней встречи с участием американского президента Дональда Трампа. Подробности – в материале «Абзаца»
Где может пройти встреча
Потенциальной площадкой для трехстороннего саммита называется китайский город Шэньчжэнь, где 18–19 ноября 2026 года пройдет саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Россия, США и КНР являются членами АТЭС, который объединяет 21 страну региона. Как отметил помощник президента РФ Юрий Ушаков, встреча трех лидеров на одной многосторонней площадке открывает стратегическую возможность для координации прямых переговоров по вопросам глобальной безопасности, геополитическим балансам и мировой торговле.
При этом Белый дом пока не подтверждает участие Трампа в саммите АТЭС. Пресс-секретарь Анна Келли заявила, что на данный момент нет официальных анонсов относительно приезда американского президента в Китай. Известно, что председатель КНР Си Цзиньпин в конце сентября отправится в Вашингтон на встречу с Трампом, а у американского лидера запланирован на декабрь саммит «Большой двадцатки» во Флориде.
«Золотой джокер»
Предполагается, что повестка трехсторонней встречи выйдет далеко за рамки двусторонних отношений. Политолог Леонид Крутаков связал предстоящие переговоры с недавним визитом в Москву директора ЦРУ Джона Рэтклиффа.
Крутаков предлагает рассматривать ситуацию шире украинского конфликта. По его оценке, главным стратегическим соперником США сегодня является Китай, а Россия в этом противостоянии приобретает особое значение.
«В нынешних условиях противостояния не Россия главный противник США, а Китай. Как научная держава, как промышленная держава. Россия здесь выступает, скажем так, некой золотой акцией или джокером в этой игре американцев против Китая. С кем будет Россия – на стороне того и будет победа, по большому счету», – отметил политолог.
Именно поэтому, полагает Крутаков, разговор Путина и Си не будет ограничиваться одной конкретной темой. Среди вопросов могут оказаться Украина, Иран и дальнейшее развитие более масштабного противостояния между мировыми центрами силы.
Двусторонний трек
1 сентября Путин и Си Цзиньпин встретились на полях саммита Шанхайской организации сотрудничества в Бишкеке. Это второй контакт лидеров в этом году – предыдущий состоялся в мае во время визита российской делегации в Пекин. Тогда стороны подписали новое политическое заявление и около 20 соглашений. Как отмечает Euractiv, Путин и Си уже использовали саммиты ШОС для продвижения идеи многополярного мира и демонстрации единого фронта перед Западом.
Программа саммита ШОС в Бишкеке включала также переговоры Путина с представителями Индии, Казахстана и других стран. Однако именно российско-китайские консультации, по оценке экспертов, имеют ключевое значение.
«Сам формат ШОС – это, прежде всего, союз. В основе его – союз Китая и России», – отметил Крутаков.
Геополитический контекст
Тема возможной трехсторонней встречи возникает на фоне обострения ситуации вокруг Ормузского пролива. Трамп в ходе общения с журналистами в Белом доме заявил, что Китай практически безучастен в этой ситуации. При этом Трамп добавил, что они с Си поддерживают «очень хорошие отношения».
«Как вы видите, даже применительно к Ормузскому проливу он не предпринимает практически никаких действий. В сравнении с тем, что он мог бы сделать, он практически безучастен», – утверждал американский лидер, отвечая на вопрос об ожидаемом визите Си Цзиньпина в США.
Таким образом, потенциальный саммит в Шэньчжэне может стать площадкой для переформатирования глобальных балансов. Китай как принимающая сторона не только выполняет функции хозяина форума, но и укрепляет свою стратегическую позицию в качестве эпицентра наиболее значимых геополитических переговоров. Вопрос лишь в том, смогут ли три лидера найти общий язык за одним столом и к каким практическим договоренностям это приведет.