Пять манежей и лифт для Брежнева

Цирк на Вернадского открыли в 1971 году с размахом. Это уникальное строение имеет пять сменных манежей, которые уходят под землю за считанные минуты. Эту необычную систему подъема платформ проектировали инженеры, которые работали над ракетными комплексами «Тополь». Технология была настолько секретной, что даже персонал не до конца понимал, как все устроено. Для Леонида Брежнева, главного фаната тигров, здесь даже сделали отдельный лифт из подземного гаража прямо в ложу. Позже при ремонте в перилах там нашли стальные пластины, не предусмотренные чертежами, это была скрытая броня на случай покушения.

Шрамы вместо медалей

Отец Эдгарда и Аскольда Вальтер Запашный был человеком стальной воли, однако его карьеру можно назвать хроникой выживания. Его первая тигрица Багира до этого загрызла жену своего предыдущего владельца. На одном из выступлений она вцепилась Вальтеру прямо в голову. Он выжил только потому, что не дернулся, а, наоборот, просунул голову глубже в пасть, чтобы зверь не смог сомкнуть челюсти. В результате Вальтер Запашный получил более 40 рваных ран, 26 из которых было на голове, и травму позвоночника. После этого два месяца он провел в больнице.

Эдгард Запашный также рассказывал об эпизоде из детства в Кишиневе, когда случилось землетрясение и туннель из клеток разошелся. Тогда шесть тигров пошли гулять по цирку, а Вальтер Михайлович в одиночку возвращал хищников в вольеры. 

«Горе с облегчением»

Последние годы легендарного дрессировщика были мучительными. Человек, который держал в страхе десятки зверей, в конце жизни перенес несколько инсультов и инфарктов. К сожалению, болезнь сильно повлияла на Запашного. Вальтер Михайлович перестал узнавать сыновей, отказывался от еды и воды. Эдгард честно признавался, что, когда отец ушел в 2007 году, семья почувствовала «горе с облегчением».

«Работаем, братья!»

Братья Эдгард и Аскольд уже 10 лет посещают Донбасс. Они везут все – от оборудования для операционных в донецких приютах до гитар для парней на передовой. Эдгард даже попал в больницу во время одной из таких поездок, но это его не остановило.

Дрессировщики умеют называть вещи своими именами. Аскольд, например, спокойно говорит о том, что некоторые коллеги никогда и не притворялись патриотами. Для Запашных не существует оправданий или жалоб на усталость. Эдгард как-то вспоминал о жутких гастролях под Новый год, когда его команде пришлось провести ночь в тяжелейших условиях, рискуя умереть от холода. Но дрессировщики каждый раз доказывают, что они готовы стиснуть зубы и пахать дальше.