Читать и не почитать

У нас теперь многое как в анекдоте про Гиви: помидоры люблю, если только покушать, а так – терпеть не могу. Это я о Книжной ярмарке, что открывается 3 июня на Красной площади.

Не удивляйтесь, узрев на ярмарочных прилавках книги яростных ненавистников режима. Они там обязательно будут. Эти авторы никогда не исчезали, как не исчезнут их соучастники и единомышленники – издатели, промышляющие на «правильной» стороне.

Большая литература не может быть ни прогрессивно-либеральной, ни почвенническо-державной. Вообще никакой она не может быть по принципу «свой - чужой». Нет такой системы распознавания большой прозы, о стихах даже и не заикаюсь.

При одном только условии: если литература реально большая.

Норвежский классик и нобелиат Кнут Гамсун был пылким адептом Гитлера, определив последнего как «борца за права народов». При этом Гамсун не был запрещён в послевоенном СССР и достаточно бодро издавался аж цельными собраниями сочинений. Однако вряд ли хоть какие-нибудь авторские отчисления из советской России падали на банковские счета его потомков.

Выдающийся русский мыслитель Иван Ильин, пассажир того самого философского парохода, восторженно приветствовал восшествие Гитлера программной статьёй «Национал-социализм. Новый дух», обитал в нацистской Германии и считал Сталина неизмеримо большим злом. Так до конца жизни и не покаялся. При этом вполне себе гигант мысли, если отвлечься от идеологического тупика, в который сам себя и загнал.

С нашей же ватной, заскорузлой, державной, патриотической стороны главное – не сваливаться в подвалы Лубянки в плане тотальной зачистки «ненаших». «Ненаши» бывают разные по одарённости. Господь Бог таланты раздаёт не по заслугам и даже не по уму. А просто так. Случайно. Как тому же Гамсуну или, не знаю, Вийону. Круглые дураки бывают гениями и конченые мерзавцы тоже бывают. Примеров уйма.

Проверять нужно содержимое книжных прилавков на формальную скверну, на подрывные смыслы, на прямую пропаганду измены. Но безобидное с точки зрения УК – пропускать. О любви и дружбе – пожалуйста, кем бы оно ни было написано.

Далее. Тем, кто испугался тихо, сидит себе на палестино-балтийских хуторах и пишет свою декаденскую шнягу – зелёный свет.

Тем же, кто активно борется с «Кремлином» на медийном фронте при условии, что писанное ими сто раз аполитично, тоже дал бы зелёный свет. При одном условии: гонораров им не платить.

Разорвать договоры в связи с обстоятельствами неодолимой силы, пусть кричат о произволе властей. И не платить. А тиражи печатать, пока спрос будет. А потом ещё и новые опусы опальных фигурантов издавать, точно таким же пиратским образом.

Погром так всем погром, как говорилось в хрестоматийном анекдоте. Скажу больше: весь гонорар с контрафакта отдавать прогрессивным свободолюбивым издателям, которым, разумеется, будет мучительно стыдно. И пресекать любые перечисления отсюда туда. 

И посмотреть, что и как будет. Пусть холодильник победит свободолюбие.

Кстати, небезызвестная издателька Елена Шубина, диктующая светлоликую повестку в критике, премиях и на книжном развале, как раз и молвила: «Кнут Гамсун в какой-то момент стал нерукоподаваемым, когда он поддержал фашистскую идеологию, и что же, от этого его романы стали хуже?»

Разумеется, не стали. Однако умер он изгоем, и руки ему действительно не подавали. Этого, по моему разумению, для наших добровольных, фактических или духовных изгнанников совершенно достаточно.

А посетители открывающейся в пятницу Книжной ярмарки вольны голосовать рублём. Авторские отчисления всё ещё, увы, идут туда, где нас так яростно не любят.